Противоправные действия сотрудников правоохранительных органов

От Ярышевой Татьяны Викторовны, Республика Северная Осетия – Алания, г. Моздок, ул. Комсомольская, д. 37 Жалоба Статья 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Европейская конвенция 1950 г.

, Конвенция, ЕКПЧ) гласит, что: «никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию». Государство, ни при каких обстоятельствах не имеет права отступать от требования этой статьи, что неоднократно подчеркивалось Европейским судом по правам человека. Я, Ярышева Т. В.

, была подвергнута бесчеловечному обращению, именно так я оцениваю пытки в Отделе МВД России по Моздокскому району РСО–Алания, после чего состояние моего здоровья резко ухудшилось, я была вынуждена пройти ряд обследований, в том числе амбулаторное лечение. Все началось с того, что 06 июня 2018 г. По месту моей работы у ИП Сукиасовой М. Г.

Поступило распоряжение из МВД РФ по РСО–Алания о проведении гласных оперативно – розыскных мероприятий: «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности, транспортных средств, опрос». Информацией послужило поступившее в ОЭБ и ПК ОМВД России по Моздокскому району РСО-Алания сообщение о том, что индивидуальный предприниматель Сукаисова М. Г. Якобы обналичивает бюджетные денежные средства мошенническим способом.

Предварительно, в действиях Сукаисовой М. Г. Усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ.

После указанных событий я стала очевидцем сцен сокрытия супругом моего работодателя - Сукиасовым И. И., доказательств виновности ИП Сукиасовой М. Г.

Так, я видела отчеты и документы переводов денежных средств ИП Сукиасовой М. Г. В подставные фирмы – однодневки, которые переписала в блокнот. После проведенных ОРМ Сукиасов И.

И. Передал мне свой ноутбук и сказал, чтобы я хранила его у себя, где он и находится. Учитывая все обстоятельства, я решила написать заявление о преступлении, совершенным моим работодателем. В вечернее время 14 июня 2018 г.

Ко мне по телефону обратился сотрудник ОЭБ и ПК ОМВД России по Моздокскому району РСО – Алания майор полиции Адырхаев Э. С просьбой прибыть в отдел для предоставления информации в отношении организации, в которой я работаю. 15 июня 2018 г. В 10 часов утра в помещении отдела полиции сотруднику ОЭБ и ПК ОМВД России по Моздокскому району РСО-Алания майору полиции Адырхаеву Э.

Я стала предоставлять имеющуюся информацию. Ориентировочно через 10 минут, в кабинет, где мы находились, вошел гр. Сукиасов И. И.

, который в присутствии сотрудника полиции стал мне угрожать, разговаривать со мной на повышенных тонах. Мне было запрещено вставать со стула, не разрешили отвечать на телефонные звонки, пользоваться дамской сумочкой, ходить в туалет и т. П. Меня запугали так, что от страха не могла шевельнуться.

Мне угрожали применением физического и сексуального насилия. Я с детства страдаю рядом заболеваний, в данной обстановки мне стало плохо, однако в вызове врача было отказано. В кабинете на меня поднимали голос, унижали мою честь и достоинство, оскорбляли, требуя, чтобы я созналась в том, чего никогда не совершала. Мне угрожали, что из Отдела не смогу выйти, я реально воспринимала их угрозы, я боялась произвола и физического воздействия от сотрудника полиции и Сукиасова И.

И., находясь в изоляции от общества. Давление на меня указанными лицами продолжалось примерно до 14 часов 30 минут, пока я не согласилась на все их условия и под диктовку стала писать явки с повинной. Содержание первой помню, второй - нет.

Затем Сукиасов И. И. В ультимативной форме потребовал оформления принадлежащей мне на праве собственности квартиры на неизвестного мне человека. При этом Сукиасов И.

И. Также говорил об оформлении квартиры, принадлежащей моим родителям, на неустановленное лицо (в подтверждении моих слов имеется сохраненная смс-переписка). На выполнение мероприятий по переоформлению недвижимости мне был дан 1 месяц. Сотрудник полиции Адырхаев Э.

Порекомендовал ускорить данный процесс. Во время «допроса» мне не рекомендовали обращаться к кому–либо, так как в районе все «схвачено», что является таковым. После всех указанных событий мне стало плохо, я обратилась за медицинской помощью и в настоящее время нахожусь на амбулаторном лечении. Я говорю о применении ко мне «бесчеловечного обращения» имея в виду более широкое понятие, характеризующееся такими признаками, как умышленный характер совершаемого деяния (преднамеренность), применение подобных мер (угроз, криков, повышение голоса на меня) каждый раз на протяжении нескольких часов подряд (систематичность).

Причинившие в результате фактический вред здоровью, выразившийся в длительных физических и психологических страданиях. Угрозу применения пыток и насилия я воспринимала реально, я считала, что возможна ее реализация, это квалифицируется ЕСПЧ (судом) в качестве «бесчеловечного обращения». Так, применявшиеся в полиции 15. 06.

2018 г. Прямые угрозы ко мне, подвергшие меня к значительным страданиям с целью получения нужной им информации, взятия на себя ответственности за действия Сукиасовой М. Г. И по отчуждению у меня квартиры, были настолько серьезными и реальными, что должны квалифицироваться в качестве «бесчеловечного обращения».

Я считаю себя жертвой, которой внушили вследствие применения соответствующих мер чувства страха, неполноценности, стремление оскорбить и обесчестить меня, с целью сломить мое физическое и моральное сопротивление. Действия совершались сотрудником полиции как в присутствии третьих лиц (Сукиасова И. И.), так и в частной обстановке.

Все это преследовало целью унизить и оскорбить меня. В Конституции Российской Федерации содержится ст. 21, запрещающая подвергать человека пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 5 от 10 октября 2003 г.

Гласит, что «Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации. Что касается квартиры, 16 июня 2018 г. Ко мне по телефону обратился Сукиасов И. И.

С требованием немедленно прибыть со свидетельством о праве собственности на квартиру для переоформления права на недвижимость. Узнав, что я нахожусь на лечении, он стал мне угрожать, сказав, что мне запрещено покидать пределы города, что меня посадят за это нарушение в СИЗО и т. Д. На мое замечание, что у меня есть месяц на переоформление, он заявил об изменении обстоятельств и дал срок до 19.

06. 2018 г. В дальнейшем Сукиасов И. И.

Еще несколько раз настоятельно рекомендовал мне по телефону ускорить процесс переоформления собственности на стороннего человека. В период 20-22 июня на звонок сотрудника полиции Адырхаева Э., рекомендовавшего срочно решить проблему с Сукиасовым И. И.

, я заявила, что квартиру не отдам, являться в полицию буду только по повестке и в присутствии адвоката, что буду жаловаться, на что Адырхаев Э. Посоветовал не торопиться. У меня есть смс-оповещения с требованиями о переводе права собственности моей квартиры на неизвестного мне человека. Также вызывает подозрение тот факт, что за неделю до указанных событий на ИП Сукиасову М.

Г. Пришло требование из налоговой инспекции о представлении документов (договоров, трудовых договоров и некоторых первичных докуменов). Копию требования я отдала Сукиасову И. И.

Через некоторое время мне позвонил налоговый инспектор Гелиханов М. И сказал, что ему позвонил сотрудник ОБЭП Адырхаев Э. И сообщил, что документы изъяты и ИП Сукиасова М. Г.

Не может их предоставить. Хотя все запрашиваемые документы находились в организации и их никто не изымал. Гелиханов М. Пояснил, что начальник ИФНС Елканов А.

Э. Потребовал акт выемки документов, если их изъяли. Об этом я сообщила Сукиасовой М. Г.

, после чего через неделю в организацию пришли сотрудники ОБЭП с целью выемки документов. Я боюсь за свою жизнь, так как пошла против работодателя и Сукиасова И. И., у меня на руках имеется его ноутбук, а также он знает о том, что я обладаю информацией о подставных фирмах и ИП, на которые его супруга незаконно переводила бюджетные средства.

Я обращаюсь к Вам, так как здесь никому не верю, я лично неоднократно видела близкие дружеские отношения руководителей всех органов власти и управления г. Моздока с Сукиасовым И. И. Также хочу пояснить, что Сукиасова М.

Г. Задерживала заработную плату более года, я не увольнялась, так как работу в нашем регионе найти сложно. Сукиасова М. Г.

Предложила мне выдать зарплату путем перечисления денежных средств на расчетный счет какой-либо организации, после чего я смогу их забрать, что мной и было сделано. Если данными действиями я причинила вред Сукиасовой М. Г., то готова понести ответственность по закону и только по закону, а Сукиасова М.

Г. Должна мне выплатит зарплату более чем за год. В соответствии с вышесказанным, руководствуясь ст. 3 ЕКПЧ, ст.

21 Конституции РФ, Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 5 от 10 октября 2003 г.,
ПРОШУ:

Разобраться во всей вышеуказанной ситуации, защитить мои права. Рассмотреть мое обращение как применение ко мне пыток и бес человечного, унижающего достоинство обращения в соответствии с ст. 3 ЕКПЧ. «23» июня 2018 г.

Т. В. Ярышева

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Противоправные действия сотрудников правоохранительных органов